Лилия Горланова — творческая составляющая свадебной фотографии

Опубликовано: 4.01.2011 | Категория: Фотография

Лилия Горланова занимается свадебной фотографией с 2007 года. Но кажется, что работает она уже лет десять — за этот срок она стала известной не только среди клиентов, но и в кругу коллег, является действительным членом и призером международных ассоциаций свадебных фотографов WPJA, AGWPJA и ISPWP, победителем ежеквартального конкурса ISPWP Winter Contest 2009. Ее фотографии отличает высокая эстетическая культура и скрупулезная работа с цветом.Лилия Горланова - творческая составляющая свадебной фотографии

Заболел любимый питомец? Отведите его в ветеринарную клинику, например, «Биоконтроль», подробнее о которой можно узнать на http://www.biocontrol.ru. Вам предолжат полный спектр услуг, от диагностики до лечения.

Вы осознанно мечтали стать свадебным фотографом?
— Нет, конечно. Я, как многие девочки, мечтала быть модельером. Моя мечта осуществилась, я поступила в самый престижный ВУЗ по этой профессии, успешно отучилась. У меня была интересная работа, которая дала мне очень много — я работала дизайнером молодежной одежды. Естественно,
в работе было много ограничений, поскольку одежда была массовой, это не кутюр с его полетом фантазии.
Но в фотографии мне это очень помогло. Потому что, работая на клиента, многие фотографы могут сказать: «Ах, я творец, а меня ограничивают!» У меня не было такой проблемы. Я сразу понимала необходимость ограничений для коммерческого успеха и чувствовала грань между личным творчеством и работой для клиента.
— Но как вы от дизайна одежды пришли к свадьбам?
— Я снимала свадьбу у одной знакомой вторым фотографом — просто потому, что в качестве стилиста помогала к ней готовиться. На этой свадьбе было много красивых деталей моего авторства, и мне хотелось их все запечатлеть.
И с одной этой съемки началось мое портфо-лио. У меня достаточно быстро стало получаться, началась эйфория. А когда окружающим людям нравится то, что ты делаешь, хочется заняться этим всерьез.
С течением времени я просто перестала успевать жить: я работала как свадебный фотограф, потом шла на работу дизайнера — и как-то раз сделала решительный выбор. Я бы не ушла еще какое-то время с работы, но там не оправдались некоторые мои ожидания.
— Вот вы ушли с работы, начали профессионально снимать, а потом начался экономический кризис. Он как-то вас затронул?
— Мой муж Владимир тогда еще работал по другой специальности. То есть свадебная фотография еще не стала окончательно нашим семейным бизнесом.
Но и позже мы просто не поняли, что такое кризис: у нас постоянно росли цены и увеличивалось количество клиентов. Был вал работы, и просто не было времени отследить, что происходит вокруг.
— Вы всегда с ассистентом снимаете?
— Конечно, первые съемки я вела одна, без ассистента. Потом работала попеременно то с мужем, то с другим ассистентом. Но с какого-то момента мы сделали свадебную фотографию семейным бизнесом и работаем почти всегда вместе.
— Как вы работаете, и что на съемке делает ассистент?
— У ассистента на свадьбе очень большой круг обязанностей: начиная от работы с техникой (стоило меня как-то оставить без присмотра на полчаса, как я тут же потеряла объектив) и заканчивая слежкой за тем, чтобы в кадре не было лишних людей и вещей. И конечно, поскольку у нас идет работа с непрофессиональными моделями, очень важно, чтобы все присутствующие помогали этим людям расслабиться. Если бы рядом со мной стоял какой-то безмолвный дядя со сведенными бровями, было бы не очень хорошо. С мужем мы очень хорошо работаем вместе: если я чувствую возникающее напряжение, он может быстро разобраться в ситуации — к примеру, взбодрить жениха, который устал.
Кроме того, хороший ассистент как никто другой знает все приемы фотографа — и техническую сторону, и психологическую — умеет расслабить пару в кадре.
— А что это за приемы?
— Я не могу их четко перечислить. Но главный принцип — чтобы паре было комфортно и на съемочной площадке был хороший эмоциональный фон. Без искренних эмоций даже высокохудожественная фотография будет всего лишь красивой карточкой. Если возникает ощущение, что этого комфорта нет, мы можем, к примеру, поменять сюжет съемки. Пусть этот сюжет мы могли до этого очень долго готовить — если нет естественности
и расслабленности, все равно ничего хорошего не выйдет. Поэтому в таком случае мы не зацикливаемся на сюжете, а импровизируем.
— Вы упомянули сюжет. Вы заранее продумываете всю съемку?
— Работа над сюжетом ведется в рамках love story. He хочется повторяться, не хочется использовать уже заезженные сюжеты. Бывает, мы продумываем их как сценарии фильмов: устраиваем с парой мозговой штурм, они задают направление, упоминают какие-то личные жизненные события, от которых мы отталкиваемся.
Конечно, от самой свадебной съемки не требуется сложных сюжетов. В ней уже есть главная фабула — сама свадьба. Но от любой съемки требуется кульминация, запечатление уникальных, неожиданных моментов.
И поэтому в love story мы с парой сами создаем нужные нам условия, а на свадьбе я выхватываю яркие моменты естественного хода событий.
— Говорят, со временем у фотографа нарабатываются сюжеты, приемы, и чем дольше он работает, тем ему проще.
— У меня все наоборот. Я принципиально не хочу повторяться. К тому же и самой паре будет не очень приятно, если их историю будут сравнивать с чьей-то еще, говорить, что похожее было у другой пары год назад.
— Если к вам приходят люди и предлагают свою программу — мол, они поедут па Воробьевы горы, будут снимать так-то и так-то, — вы им откажете?
— Я просто рассказываю о других вариантах. Потому что стандартные программы — всегда не очень хороший вариант. Я как-то снимала в Царицыно в День города, и, чтобы уйти от толп людей, пришлось просто идти сорок минут в лес.
— Вы контролируете поведение пары в кадре? Говорите: «А сейчас жених берет невесту на руки и стоит под углом к камере»?
— У меня скорее динамичные сюжеты. Я просто задаю направление, предлагаю паре пройтись по аллее, пообщаться, сделать что-то неожиданное. Конечно, многие пары делают одно и то же: целуются, обнимаются, смеются. Но люди всегда реагируют по-разному. Нет такого, чтобы мы досконально формировали кадр. За исключением некоторых технических моментов: прошу не поворачиваться затылком особенно часто, иногда рассказываю, как сделать поцелуй более эстетичным на фотографии. На это уходит 5-10 минут в начале съемки, а дальше пара сама чувствует правильные ракурсы и действия.
— Насколько фотограф имеет право превращать свадьбу в фотографическую сессию?Вот есть репортажиое направление свадебной фотографии, когда фотограф вообще не трогает жениха с невестой, а просто пытается поймать спонтанные моменты свадьбы. Как вы к нему относитесь?
— Да, по большей части свадебная съемка состоит из репортажа. Постановочных кадров в ней бывает всего процентов двадцать за целый день. Не скажу, что свадьбы, на которых я работаю, превращаются в фотосессию.
Но по поводу того, чтобы вообще не вмешиваться — в российских реалиях это часто невозможно. Иногда стоит задуматься о том, как сделать съемку более эстетичной, еще до того, как к ней приступать. Конечно, можно загнать себя в рамки и сознательно утяжелить себе работу, но на мой взгляд съемка лишь выиграет, если задуматься заранее о том, что у вас будет в кадре, например, убрать какие-то бытовые вещи.
— То есть вы можете сказать: «Вот этот ковер со стены уберите»?
— Бывает и такое. Когда пара открыта к диалогу и хочет сделать действительно хорошую съемку, я нахожу возможность заранее посмотреть локацию, например квартиру, где будут проходить сборы, — думаем, какой угол освободить, как использовать те предметы, что есть в квартире. Бывает, это маленькие хрущевки, и, знаете, даже там можно снять красиво. Мы убираем явные бытовые признаки вроде микроволновок и делаем так, чтобы пространство съемки было посветлее. Некоторые предметы можно с успехом задействовать и в самой съемке. Мы как-то использовали гладильную доску — невеста гладила своего плюшевого мишку, — получился трогательный сюжет.
— Сталкивались когда-нибудь с }1еуважением к профессии? Мол, мы деньги вам платим, поэтому снимайте, что дают, не будем вам никаких мишек гладить.
— Такие люди отсекаются уже на стадии первой встречи, когда я много рассказываю о съемочном процессе, о том, как работаю с парой. Если у меня есть сомнения в том, что мы сможем с ними работать, я просто тактично говорю, что не смогу выдать результат, на который они рассчитывают. Что мне для этого нужны определенные условия, и, поскольку работа стоит немалых денег, рекомендую им обратиться к другому фотографу.
— И рекомендуете конкурентов, небось?
— Нет, я все же рекомендую фотографов, с которыми у меня хорошие отношения. Просто для меня будет трагедией, если на съемке меня никто не станет слушать и я не смогу выдать заранее запланированный результат. Есть фотографы, которые относятся к этому проще.
— У вас все невесты удивительно красивые. Обычные люди бывают у вас на съемках? Вы как-то отбираете их, оцениваете?
— Нет, конечно, не отбираем. Мы снимаем обычных людей.
— Ну как лее, у вас все невесты длинноволосые и стройные. Женихи подтянутые.
— А это объектив такой Fisheye…
— Понятно, а если серьезно про объективы и технику? У вас Canon или Nikon?
— Canon, но так просто исторически сложилось. Я особо не выбирала. Мы с мужем купили фотоаппарат для отпуска — чтобы он был легкий, качественный и хорошо лежал в руке. Впоследствии, уже снимая свадьбы, начали докупать к нему качественную оптику, и сейчас сменить бренд фотоаппаратов выйдет довольно дорого, да и потребуется время для привыкания.
Сейчас у меня есть три рабочие камеры с разными объективами. Это фиксы, с зумами я не работаю — меня не очень устраивает качество картинки и их вес. Две камеры почти всегда во время съемки на мне, это широкоугольный объектив 24 мм и мой любимый — 85 мм. Третья камера у ассистента — там в зависимости от ситуации 35 мм, 135 мм или макро 100 мм. На съемке ужина 85 чаще всего заменяю на 135 мм.
Наверное, 24 мм и 85 мм — самые рабочие объективы.
— Какой свет вы используете? И естественный, и дополнительный?
— По большей части я стараюсь максимально выгодно использовать доступный естественный свет. Потому что во время репортажа утренних сборов выстраивать кадр под какие-то световые схемы не очень удобно — это займет слишком много времени. И при постановочной съемке всегда можно найти выгодный световой рисунок. Но когда требуется что-то подсветить, к примеру, на ужине, мы пользуемся выносными вспышками с синхронизацией. Это тоже огромная и тонкая работа со стороны ассистента: нам пришлось пропустить через себя большое количество съемок, прежде чем он стал не то что с полуслова, а с поворота головы понимать, откуда и куда нужно светить. Но в результате мы поняли, что красивую картинку можно снять в любом зале. Вспышек две, но мы редко пользуемся второй. Отражатели достаем только при крайней необходимости. Видеосетом пользуемся вообще очень редко — только при постановке в темном помещении. Но, конечно, возим эту технику с собой — импульсные головы всегда в багажнике, мало ли что.
— Вы преподаете. Расскажите, как так получилось?
— А меня просто вынудили. Читатели моего блога регулярно просили провести мастер-класс, я к этому никогда серьезно не относилась и каждый раз думала: «Ну, в этом году, наверное, проведу». И как-то поздней осенью получила грозное письмо такого содержания: «Лиля, вы обещали, что проведете мастер-класс летом. А уже ноябрь. Я уже не могу заходить каждый день в ваш блог и искать там объявление». Когда дошло до такого, я решила все-таки провести этот мастер-класс. Но дело в том, что у меня не было ни малейшего понятия, как уложить всю нужную информацию в формат однодневного мастер-класса. Поэтому я написала курс, который длится полтора месяца.
— Чему можно научить в рамках такого курса помимо навыков обращения с фотоаппаратом?
— Навыкам мы особого внимания не уделяли, потому что на курс приходили уже довольно продвинутые в этом плане люди. Опыт свадебной съемки был обязательным условием приема. Научить снимать точно так же как я (или сделать моего клона) — такую задачу я не ставила на курсе, для меня важно направить человека, чтобы он быстрее развился в том направлении, в котором хочет.
Я мало затрагивала техническую часть работы фотографа и старалась делать упор на художественную и эстетическую часть. Ведь если мы отсекаем безвкусицу, убираем ее из кадра, любая съемка становится на уровень выше.
— У вас есть какие-то эстетические категории?
Вы прямо говорите, какие вещи стоит помещать в кадр, а какие лучше из него убрать?
— Да. Сначала мы говорим об этих вещах на примере съемок студентов, выполняем практические задания, на которых объясняем, что, если снять объект с этой стороны, от кадра останется другое ощущение, появится объем.
Конечно, кто-то может сказать, что это все ерунда, и главное — чувствовать свет, уметь работать с парой и прочая, и прочая. Но, на мой взгляд, отличать в кадре красивое от некрасивого тоже никогда не помешает. Это часть только улучшит творчество.
— Говоря о технической части — вы в Raw снимаете?
— Да, конвертация в Raw при этом одновременно является и обработкой.
— Как вы обрабатываете снимки? Пользуетесь какими-то пакетными инструментами? Ведь сложно обрабатывать такие большие объемы.
— Сейчас для меня самая сложная стадия работы — это отбор фотографий. Если говорить об обработке, то я для себя уже выработала нужный цвет и нужные алгоритмы работы. У меня был период, когда при обработке я каждый раз смотрела на предыдущую съемку и понимала, что надо было делать все по-другому. С течением времени я начала смотреть на эти съемки и думать так не про каждую прошедшую, а про съемку, к примеру, полугодичной давности. Сейчас я уже довольна тем, что делала год назад.
Конвертирую фотографии в редакторе Lightroom. У него много возможностей, поэтому основная обработка проходит именно там. Фотошопом я тоже пользуюсь, но только в специальных случаях: если нужно выделить какие-то фактуры, кружевное платье, провести небольшую ретушь. Что касается ретуши — чем больше я снимаю, тем меньше ее становится. В какой-то момент пришло понимание того, что лучше правильно провести съемку, чем ретушировать ее потом в редакторе. К тому же моя обработка так устроена, что не усиливает выразительность кожи и тем самым ее дефекты. Поэтому за всю съемку я часто ретуширую всего около двадцати крупных планов (из семисот фотографий, которые отдаю клиентам). Да и то если у людей не очень хорошая кожа.
— Вы отдаете все в цифровом варианте или что-то печатаете?
— В любом случае печатаю некоторое количество кадров — в основном для того, чтобы люди представляли, как должна выглядеть съемка, напечатанная в хорошей лаборатории. Печатаю я в лаборатории «Фотодока», они работают как будто под мой цвет. Раньше я пробовала другие лаборатории, но везде что-то желтит, темнит. И все мои усилия по созданию вот этой красивой персиковой кожи, нежной гаммы мгновенно пропадали.
— Что касается персиковой кожи. У вас есть автоматизированные алгоритмы работы? Вы пишете экшны, чтобы этот цвет был одинаковым на всех фотографиях, или каждым кадролг отдельно занимаетесь?
— Конечно, есть моменты автоматической работы.
К файлам я применяю пресеты — для определенных условий свои, в основном работаю С цветом и тональностью.
Для файлов, которые нужно доработать в Фотошопе, я использую дроплеты.
— Вам всегда удается в этом плане удовлетворить и себя эстетическими и техническими решениями, и остальных участников свадьбы? Ведь есть дедушки, бабушка, родители — им наверняка хочется, чтобы все выглядело резко и четко.
— Творчество и работа друг другу не мешают. Со стороны родственников чаще всего бывают пожелания о том, чтобы сфотографироваться вместе с молодыми. Поэтому
о семейной фотографии никогда нельзя забывать, сколько бы красивых работ на свадьбе не было снято.
Иногда мы даже напоминаем паре о том, что им стоит сфотографироваться с дедушками и бабушками. Потому что потом они могут пожалеть о том, что такого снимка не осталось.
— Есть какие-то вещи, которые раздражают
в работе? Что-то, с чем вам приходится бороться?
— Больше всего, конечно, расстраивает отсутствие вкуса, и речь не только о парах, но и о многих специалистах свадебного бизнеса — визажистов, флористов, владельцев ресторанов. У многих людей просто нет понятия об эстетике. Есть, конечно, прямо противоположные варианты — когда люди грамотно используют все свои возможности
и имеют удивительно гармоничный вкус.
— Клиенты часто прислушиваются к вашим рекомендациям по эстетической составляющей свадьбы?
Вы можете, к примеру, сказать, что хотите перегримировать невесту, потому что блестки на ее прическе будут выглядеть как перхоть в черно-белой съемке?
— О таких вещах я обычно говорю на первой встрече. Вообще, есть категория клиентов, которые пришли ко мне, почитав мой блог и посмотрев сайт. Этих людей ни в чем убеждать не надо, они чутко прислушиваются к советам, потому что видели результаты работы.
Есть люди, которые приходят ко мне по рекомендации, У них, конечно, свои представления о свадьбе, которые могут таить в себе опасные моменты. Поэтому я говорю о таких вещах, как макияж и декор, с точки зрения фотографии.
Естественно, в каждую свадьбу вкладываешь частицу души. И хочется, чтобы все было идеально, поэтому я стараюсь склонять пару к эстетически правильным решениям.
— Не жалко отдавать душу свадебной фотографии? То есть кому-то другому?
— Положительные эмоции всегда возвращаются. Каждый раз, когда я сдаю съемку паре и вижу счастливые глаза — иногда невесты даже плачут от избытка эмоций, — все душевные затраты восполняются. Однажды мы отправляли диск в Белоруссию — была выездная съемка в Минске. Жених позвонил поблагодарить за работу, и он, взрослый, серьезный и статусный человек, просто не мог найти слов, чтобы выразить свой восторг. Я сама была очень довольна этой съемкой, но, когда на нее так реагирует клиент, это вдвойне приятно. Это подпитывает тебя как профессионала. Именно поэтому я не берусь работать с людьми, в которых сомневаюсь. Если ты вложишь в съемку душу, а работа не будет оценена — это очень тяжело. А работать в пол ноги, не вовлекаясь эмоционально, я не могу.